Волоколамск

Я немного вернусь назад. В первую свою учебную зиму на каникулы Юра приехал к нам! Все мы ему были страшно рады, он чуточку воображал своим званием студента и для солидности стал носить очки! Над чем мы потихоньку посмеивались!  В конце лета, когда мы решили окончательно переезжать в Москву, Миша поехал первый – один, чтоб там устроиться, а потом уж переехать всем.  Надо было готовиться к переезду, укладывать вещи, книги, которых было очень много, продать рояль, с которым впоследствии произошла забавная история.

Рояль был, как я и писала раньше, пригоден только для ученья. Мы часто приглашали настройщика, но строй держался очень мало.  Я написала объявление, что продается рояль, вскоре пришли покупатели – родители с девочкой, лет десяти. Я им сказала все недостатки рояля, во время нашего разговора, Таля, которая жила у нас, слышала весь наш разговор. Рояль они купили за такую же цену, за какую купила и я, по тем деньгам, кажется, точно не помню – тысячи полторы. После продажи рояля мы еще прожили месяца два в Уфе. Миша довольно долго искал более-менее подходящее место, но все было неподходящее, то мала квартира, то далеко от Москвы.  В конце концов, он остановился на Волоколамске. Там была должность начальника железнодорожной амбулатории, при ней квартира в 3 комнаты и давали бесплатный проезд для перевозки имущества.

Вскоре он приехал за нами, у нас все уже было сложено, и мы погрузились в товарный вагон, ехали около недели, в Москве нас встретила Лиля, она выглядела очень хорошо, поправилась! В Волоколамск приехали вечером, разгрузили вагон, перенесли все в квартиру, она была близко от станции. Квартира состояла из 3 маленьких комнат, одной большой и кухни. Вблизи виднелся лес. С собой мы привезли двух свинюшек. Вагон давали с условием, что в нем перевозится какая-то живность. С нами также приехала собака овчарка – Фрина, которую мы купили в Уфе у Лилеевых, живших на нашем же дворе. Мать Фрины на выставке получила золотую медаль. Фрина была очень умная, но злая. Я научила ее всяким собачьим премудростям: она давала голос, знала барьер, носила поноски, находила потерянные вещи, подавала свою миску для кормления. Мы ее все очень любили. Если начала про нее писать, то все опишу, что потом с ней приключилось. У нее родились щенки, все породистые, т.к. отец их был тоже породистый, был на службе в органах безопасности. Ее нельзя было выпускать, она кидалась на людей, мы старались не пускать ее одну, но иногда она выбегала без нас. Среди живших около нас людей, верно, были злые люди, не знаю как, но ее отравили. Слава ее очень любил, пошел с ней как-то в лес, а оттуда она не смогла идти. Слава принес ее на руках, вскоре она рассталась с жизнью. Остались после нее пять щенят, чистокровные овчарки, всех их купили органы безопасности, но одного мы оставили себе, но долго нам не пришлось его держать. Мы переехали в г. Истру, и там пришлось его продать, так как был очень злой.

Итак, опишу вкратце нашу жизнь с 1937 года в Волоколамске. У меня остались в памяти яркие впечатления об окружающей природе. Кругом станции простирался лес – березовый, сосновый, в котором водилось много грибов. А в начале лета мы собирали пахнущие ночные фиалки и множество ландышей. Невдалеке протекала речка Лама. Мы почти каждый день ходили в лес, а Лиля с ее подружкой тоже студенткой Марусей Курушенко и со знакомыми парнишками гуляли в лесу, особенно в лунные ночи, когда заливались соловьи и жутко кричали филины и совы, гуляли чуть ли не до рассвета. Из знакомых у нас была семья Девяткиных, она состояла из двух дочерей, моих лет, мужья у них были инженеры,  их матери одинаковых лет с моей мамой. Мы часто к ним ходили в гости и они к нам также. Больше никаких знакомых у нас не было. Правда, познакомились мы еще с адвокатом из Волоколамска, но это было вынужденное знакомство, о нем я подробно опишу позже.

Из сотрудников по работе у Миши были еще два фельдшера, один из них был очень подозрительный тип, верно из бывших белых. Он все время спаивал Мишу, и как-то пригласил его к себе и угостил, положив в закуску какой-то яд. Миша очень болел, у него было ужасное расстройство желудка, но все окончилось благополучно.

Ребятки мои все поступили в волоколамскую школу, Федя с Таней вместе в один класс, а Слава на класс ниже. Учителя в школе оказались очень знающими, и ребятки учились отлично. Особенно хвалил учитель математики Таню, говоря, что у нее исключительные способности.

Таня Попова

Таня Попова

Федя Попов

Слава Попов

Федя побывал в Крыму, в Симеизе, в Евпатории и под Москвой  в Солнечногорске. В Крым и в Евпаторию отвозили его то я, то Миша с Лилей.

Юра учился в Рыбинске в авиационном институте, он в течение зимы несколько раз приезжал к нам, а на каникулы приехал с девушкой, предупредив меня заранее и прося разрешения. Девушку  звали Валей по фамилии Луппова, она была дочерью учительницы, кончила 10 классов. Она произвела на нас довольно хорошее впечатление. Позднее они зарегистрировались, и уже приехали как муж и жена к нам в г. Истру,  куда мы переселились. Но об этом я напишу позднее.

Лиля училась в мединституте в Москве очень успешно. Как-то мы с Мишей поехали в Москву и решили заглянуть к Лиле, но адреса еще не знали, зашли к ним в мединститут и там, на доске почета,  увидели фамилию нашей дочки и адрес ее.

Лиля Попова. Студентка Первого медицинского института

Лиля почти каждый  выходной приезжала к нам в Волоколамск, несмотря на то, что ехать было от Москвы на поезде три с половиной часа, а утром вставать на поезд в Москву в 4 утра. Лиля аккуратно приезжала и всегда что-нибудь привозила:  икру красную, ветчину, конфеты.

Юра тоже довольно часто приезжал, а как-то приехал с сильным приступом малярии.

Пишу эти строки, а в голове одни воспоминания 1917 год  апрель 12-17. Я с папой в эти числа только что приехала в Одессу к Мише.

О жизни в Волоколамске я почти все описала, осталось рассказать о курьезном случае с роялем. В один из приходов почты я обнаружила на мое имя повестку  –  явиться в суд в Волоколамск по случаю моей продажи рояля. Я срочно поехала в город Волоколамск, нашла здание суда и попросила, чтоб меня направили к адвокату, он как раз был на суде. Я ему все рассказала, он взялся меня защищать. Я не помню, как его звали, но мы впоследствии близко с ним сошлись, он даже пытался за мной ухаживать. Из себя он представлял среднего роста мужчину, лет около 35, довольно приятной внешности с копной вьющихся рыжих волос. В это время к нам из Уфы приехала Таля, она поступила проводницей на пригородные поезда, и жила у нас, она была как  раз, кстати, она ведь слышала наш разговор при продаже рояля, и как я говорила о его недостатках, и Талю зачислили свидетельницей. Я очень волновалась, особенно в день суда. Все окончилось благополучно, суд меня оправдал, а ему, который подал на меня, присудили все издержки по суду, да еще ко всему прочему обошлась дорога из Уфы до Волоколамска.

Семья Поповых: бабуся, Слава, Федя, Лиля, я (В. Ф. Попова), Таня, Юра, М. В. Попов. Волоколамск. 1938 год

Жизнь в г. Волоколамске меня совсем не устраивала, я очень много там перенесла. Миша безобразно себя вел, много пил, этому содействовал тот фельдшер, о котором я уже писала. Я убедительно стала просить Мишу уехать из Волоколамска. После долгих моих просьб он согласился, поехал в Ряжск в  Управление дорог и его перевели в город Великие Луки. Но это был не выход из положения, квартиру там не давали, я несколько раз ездила к нему и одна, и с кем-нибудь из ребят.

Поповы: Юра, Лиля, Федя, Таня, Слава – верхний ряд. Бабуся, М. В. Попов, я (В. Ф. Попова). Волоколамск. 1938 год

Игра в карты. Поповы: Таня (крайняя справа), Лиля (рядом с ней)

От воспоминаний отвлекусь, сегодня 17 апреля, день нашей свадьбы в Одессе, прошло с тех пор 60 лет. Весь день я сегодня вспоминала, как мы с Мишей приехали в церковь, как старенький священник начал богослужение.  Взял нас за руки, повел вокруг аналоя, как одел нам обручальные кольца, как шаферы держали над нашими головами короны,  как пел хор на клиросе; церковь была освещена, на душе было и радостно, и немножко жутко, что то ждет меня в будущей жизни? Радость от всего происходящего омрачалась при мысли, что скоро Мише ехать на фронт. Он нас с папой проводил  на вокзал, посадил в вагон, переполненный чехословацкими офицерами, Мише это соседство не понравилось.

Написать отзыв

Создание сайта: Bi-group